Сначала была печь.
До столов, до меню, до того как на двери появилось название, было решение, которое усложнило всё: мы будем готовить на огне и дровах. Проще было бы обойтись без этого. Дровяную печь выкладывают вручную, кирпич за кирпичом. Потом её несколько дней медленно сушат маленькими огнями, которые нужны лишь для того, чтобы выгнать из неё влагу, — разожжёшь слишком быстро, и она треснет, и всё сначала. Её нужно кормить, за ней нужно следить, её нужно понять. У неё есть настроение. А потом достаёшь из неё первую пиццу и понимаешь, почему люди делают это уже две тысячи лет.
Потом появилось всё остальное.
Когда огонь загорелся, меню сложилось само. Плацинды — такие, какие пекут дома, потому что некоторые вещи довели до совершенства задолго до нас. Врапы, которые готовятся при вас, для тех, кто заходит с настоящим голодом. Ничего придуманного ради меню. Только та еда, которую едим мы сами, приготовленная как следует.
Достаточно рано для кофе и чего-то горячего перед работой. И до восьми вечера — чтобы поужинать не торопясь. А между этим печь горит, а дверь открыта.
Amici значит «друзья». Мы выбрали это название не для красоты. Мы выбрали его потому, что оно описывает именно то, каким мы хотели видеть зал в семь вечера обычного дня — полным, шумным, лёгким, полным людей, которые вернулись.